| -7- |
|
|
— Они растут высоко на горе. Там еще много,— ответила Марушка. Только она сказала, что их много, как Олена накинулась на нее: — Ах ты, гадкая грязнуха! Почему же ты больше не принесла? Верно, сама по дороге съела. — Милая сестрица, не ела я ни кусочка. Когда я первый раз дерево тряхнула, одно яблоко упало. Второй раз тряхнула — упало второе. А больше трясти мне не дали. Крикнули, чтоб я домой шла,— сказала Марушка. — А, чтоб тебя нелегкая взяла! — забранилась Олена и кинулась бить ее. Мачеха не захотела отставать и схватила дубинку. Но Марушка не далась им в руки, убежала на кухню и спряталась за печью. Лакомка Олена перестала браниться и набросилась на яблоко. Другое матери дала. Таких сладких яблок они ни разу о жизни не едали. В первый раз отведали. — Мама, дай мне сумку, я сама в лес пойду. Эта дрянь непременно опять съест все по дороге. А я найду то место и все яблоки стрясу, хоть сам черт на меня напустись! Так кричала Олена, и мать напрасно ее отговаривала. Повесила Олена сумку на плечо, набросила платок на голову, закуталась хорошенько и пошла в лес. Мать только руки ломала в отчаянии от того, что ее дочка задумала. Пришла Олена в лес. Сугробы снега там стеной стоят, и нигде ни следа ноги человеческой. Бродила Олена, бродила, потому что охота яблочков поесть гнала ее осе дальше и дальше,— ну, просто мученье! Вдруг увидала она вдали огонек, пошла на него и пришла к костру, вокруг которого сидели двенадцать человек — двенадцать месяцев. Но она не поклонилась им, не попросила пустить ее к костру, а просто протянула руки и стала греться, будто огонь для нее и разведен. — Зачем пришла? Чего тебе надо? — сердито спросил Январь. — Что ты меня расспрашиваешь, старый дурак? Не твое дело, куда хожу, зачем хожу! — отрезала Олена и пошла на гору, словно яблоки там только ее и ждали. |
| « Пред. | След. » |
|---|
